Хроники Пятой Эпохи
(к 30-летию проекта)

Книга III. Схватка за Запад

Глава 18. Телемост

Река Барендуин уносила Спасителей всё дальше на юг. С попутным ветром им повезло. Друзья уже вдоволь налюбовались речными волнами и живописными берегами. Зелёные холмы сменялись зарослями каких-то кустов, берёзовыми, дубовыми и буковыми рощами, всё ещё стыдливо обнажёнными, но уже кое-где прикрытыми разноцветными платочками распустившихся соцветий. Изредка мелькали города и другие поселения, с такого расстояния поразительно похожие друг на друга.
- Скукота, - вздохнул Малыш. – Даже кости размять негде!
- Видом лучше любуйся! – проворчала Ромашка. – Я вот воды боюсь и то молчу.
- Между прочим, мы, гномы, плаваем стилем топор! – огрызнулся Малыш.
- Почтенный Моторин, а когда я, наконец, увижу Арагволда? – осторожно поинтересовалась Сати.
- Сейчас мы не можем с ним связаться, - весомо изрёк Моторин. – Он занят важным делом, и его нельзя отвлекать.
- Каким это делом?
- Спасает урукхаев.
- Урукхаев?! – в голосе девушки мелькнули презрительные нотки.
- Ты не любишь урукхаев? – вступил в разговор Бродо.
- А за что мне их любить?
- Это всё расовые предрассудки, - сделал вывод хоббит.
- Между прочим, Кэшта была членом нашего Отряда, и мы все её любили! – сказал Моторин назидательно. – А она была урукхайка.
- И Арагволд её тоже любил?
- А как же! – усмехнулся Карлсон.
- А где эта Кэшта сейчас? – спросила, нахмурившись, Сати.
- Теперь она королева урукхаев, - ответил Моторин.
- Так значит он там с ней! – вскричала поражённая арнорка.
Бродо понял, что самое время переменить тему и, склонившись к карлику, шепнул:
- Нужно тонко намекнуть, что пора связываться с принцем Форвэ.
Карлсон понимающе кивнул и тут же ляпнул:
- Кстати, пора связаться с Форвэ!
- Да, самое время! – обрадовался Моторин. – Скажи, Малыш.
- Это по-любому! – убеждённо подтвердил маленький гном.
- Причём здесь Форвэ? – удивилась девушка.
- А ты что Красную Книгу не читала? – осведомился Бродо.
- Обижаешь, я же племянница хрониста.
- Тогда понимать должна.
- Так надо! – отрезал Моторин. – Давай, Бродо.
Хоббит проделал привычные манипуляции, и перед ним предстал принц Авари. Они обменялись приветствиями.
- Ну что там у вас?
- Понимаешь, Форвэ, - замялся Бродо. – Столько всего накопилось… Масса вопросов… Прямо не знаю с чего начать.
- Хорошо, тогда мы при помощи нескольких Перстней устроим тебе сейчас телемост с Великим Орлангуром. У него обо всём и спросишь. Только помни, что расстояние дальнее, энергии уйдёт масса, так что постарайся покороче.
Хоббит и его друзья не успели ничего понять, как принц исчез, и на его месте появился свившийся кольцами на троне гигантский золотой дракон. От этого зрелища вся компания онемела и застыла словно парализованная.
- Даю информацию к размышлению, - произнёс бесцветным голосом Дух Познания.
Точнее голос как бы сам возник в мозгу у слушателей, поскольку Орлангур даже не раскрыл рта.
- В бесконечности Вселенной идёт постоянная борьба двух вечных начал: Бытия и Небытия, Разрушения и Созидания.
Источником Бытия для всего сущего является Неугасимое Пламя, дающее животворную энергию для творческого Созидания. Но ему противостоит Небытие или Пустота, поглощающая жизненную энергию и обращающая всё и вся в Ничто.
Эру Единственный, кто бросил вызов Пустоте в нашей части Вселенной. Черпая силу в Неугасимом Пламени, он принялся творить собственный мир. Однако ему постоянно приходилось преодолевать сопротивление Пустоты, сводившей на нет почти все его усилия.
И тогда создал он себе помощников – Айнуров из дум своих, дабы совместными усилиями воплотить великий замысел. На время периода обучения Илуватар запретил юным Айнурам покидать свои чертоги, ибо каждый из них был не в состоянии в одиночку противостоять давлению Пустоты.
Но не всем Айнурам этот наказ пришёлся по вкусу. Самый мудрый и могучий из них, Мелькор, владевший частицами открытого каждому из его братьев, сильнее других тяготился запретом. Горячая жажда дать Бытие собственным творениям владела им. Ему казалось, что Эру не спешит обращать Ничто в Нечто, и нетерпение охватывало его при виде Пустоты. Часто уходил он один в Ничто, ища Неугасимое Пламя. Мелькор не слушал предостережений о грозящей ему опасности и поплатился за это.
Он не замечал, как Пустота иссушала его душу, отравляя её завистью и злобой, как разум его наполнялся идеями Разрушения противными мыслям Илуватара. Пламени он не нашёл, но, оставаясь один, Мелькор обрёл думы, непохожие на думы собратьев. С этих пор он стал постепенно превращаться в Моргота – Чёрного Врага Мира.
Мелькор дважды разрушал гармонию хора Айнуров. Лишь из Третьей Темы возник мир наречённый Арда.
Айнуры спустились на Арду, став её Стихиями, дабы завершить замысел Илуватара. Был среди них и Мелькор, который хотел разрушить план Единого и превратить его мир в свой.
Для помощи Морготу в деле Разрушения всего созданного Эру Пустота породила Унголианту, огромную и ужасную паучиху, которая высасывала всё существующее, чтобы насытить свою пустоту.
- Да, но причём тут Равновесие? – сбросил, наконец, с себя оцепенение Бродо. – Что значат все эти весы и канаты?
- Равновесие не является вечной и неизменной категорией. Оно устанавливается в постоянной борьбе Разрушения и Созидания.
До сотворения Арды существовало Предначальное Равновесие. Создание Арды его нарушило и покачнуло Весы Мирового Равновесия. Силы Пустоты пришли в движение, стремясь уничтожить новый Мир и вернуть Предначальное Равновесие.
Задача Эру – завершить Акт Творения. Тогда установится Новое Равновесие, и Арда окончательно станет частью Бытия. Но завершить Творение ему одному не под силу. Лишь вместе с Хором Айнуров и Хором Детей Илуватара можно одолеть Пустоту.
Тратя почти все силы на противостояние Пустоте, Эру был вынужден доверить Арду валарам, но те, увлеклись борьбой с Мелькором и его наследниками, в результате чего постепенно стали искажать замысел Единого.
И тогда на землю Арды вступил я, вышедший из Пламени Неугасимого, дабы нести её народам Истинное Знание. Знайте, что Арда связана с Весами миллионами незримых нитей, и все деяния ваши находят на них отражение – это и есть Канат Мирового Равновесия. Судьбы Арды в руках её народов!
- А что такое Корона Средиземской Империи? – спешно задал Бродо мучавший их вопрос. Но ответа не получил, так как Орлангур уже пропал из поля зрения.
- Ну вот, так всегда на самом интересном месте! – возмутился маленький гном.
- Видно энергия кончилась, - вздохнул хоббит.
- Энергетический кризис, - с умным видом проговорил Карлсон.
- Я вот только не понял, - пробормотал Моторин задумчиво. – Судьба Арды в руках её народов, а Хор только из Детей Эру.
- В джазе только девушки! – хохотнул Малыш.
- Не кощунствуй! – рассвирепела Ромашка. – Значит так надо!
- А может, я бы тоже хотел спеть, - вмешался карлик.
- Твоего писка там ещё не хватало! – продолжала бушевать Ромашка.
- Что вы ругаетесь? – удивился Бродо. – До того времени никто из нас не доживёт. Мы же не бессмертные!
- Вот именно! – поддержал его Моторин. – Всё равно Средиземье нам спасать!
- Сати, а ты что молчишь? – поинтересовался хоббит. – Ты теперь одна из нас, и мы хотим услышать твоё мнение. Что ты поняла сегодня?
- Я поняла, что Арагволд сейчас с Кэштой!

Элли Саманта Смит
(посвящается 50-летию Саманты Смит и 40-летию её визита в СССР,
сказка по мотивам реальных событий и книг А. М. Волкова)

_______________________________________________________________

КНИГА III. Элли Саманта и Подземные короли

ЧАСТЬ 3. ВОЙНА И МИР

Глава 19. Наверх!


Но и самому существованию Подземной страны пришёл конец. В помощь правителю был создан Совет Старейшин. Туда вошли кроме Ружеро и его заместителей, Арриго, Эльгаро и Бориля, гонец Рахис, другие уважаемые люди и даже два бывших короля: Ментахо и Барбедо. Правитель Ружеро и вновь учреждённый Совет Старейшин объявили:
«Все желающие покинуть Пещеру и переселиться наверх могут сделать это беспрепятственно. Совет Старейшин уже договорился с Жевунами. У них в Голубой стране хватит места всем, и наши люди получат наверху участки земли для обработки».
Чтобы как следует обсудить этот важнейший вопрос, был созван всенародный митинг. Первым говорил Арриго.
— Наши предки были изгнаны из верхнего мира тысячу лет назад, — сказал он, — за преступление принца Бофаро. Справедлив или нет был приговор, теперь судить бесполезно. Важно то, что люди остались жить в Пещере. Насколько пригодна она для жизни? Посмотрите, какие у вас бледные лица, какие тощие груди, тонкие руки и ноги! Как хилы и слабы наши дети и сколько их умирает в младенчестве!
— Правильно! Верно говорит Арриго! — раздались возгласы.
— Конечно, в Пещере можно жить, и доказательство этому — мы сами, — продолжал Арриго. — Но вряд ли кто станет спорить, что климат её очень вреден. Доктора Бориль и Робиль подтвердят, что продолжительность жизни у нас гораздо короче, чем наверху…
— Да, да! — закричали Бориль и Робиль.
— Даже такое волшебное существо, как Страшила чуть не нашло у нас гибель, закалённый и могучий правитель Мигунов Дровосек здесь заболел, а царь зверей Смелый Лев опустошил всю аптеку и вдобавок чуть не съел аптекаря, потому что тот пропах лекарствами…
Толпа захохотала.
— Вы видите, друзья, — закончил Арриго, — что теперь, когда нас никто не вынуждает жить в Пещере, нам пора покончить с тысячелетним изгнанием и переселиться наверх.
— Один вопрос! — на трибуну поднялся длинный и худой доктор Робиль. — Почтенный Арриго говорил очень хорошо, но пусть он нам ответит, как мы сможем жить в верхнем мире с нашими слабыми глазами?
— Позвольте, позвольте! — Из толпы шариком выкатился толстенький доктор Бориль. — Задавая свой вопрос, почтенный доктор Робиль высказал полное невежество в вопросах медицины.
Робиль сердито фыркнул. Соперничество, столетия назад существовавшее между предками двух докторов, докатилось и до потомков. Робиль был недоволен возвышением своего извечного конкурента, ставшего членом Совета Старейшин.
— Невежество? Докажите! — крикнул Робиль.
— Да, невежество! — смело заявил Бориль. — Глаза наших предков привыкли к сумраку Пещеры, наши глаза привыкнут и к яркому свету верхнего мира. И у меня есть доказательство. Гражданин Веньено, прошу вас выйти сюда!
Вперёд вышел человек средних лет в одежде пахаря, также входивший в Совет Старейшин. Если Эльгаро представлял в нём инженеров и рабочих, то Веньено — крестьян.
— Вот этот гражданин, — продолжал доктор Бориль, — уже две недели живёт наверху. Днём он скрывается в тёмной палатке, а по ночам выходит, и когда наступает утренняя заря, он всё дольше и дольше остаётся наверху. В этом состоит придуманный мной опыт. Ну, и как же дела, друг Веньено?
— Да как, привыкаю помаленьку, — смущённо ответил Веньено. — Вчера чуть не до солнышка оставался на вольном свету… и ничего!
Гром аплодисментов был наградой смелому пахарю, а посрамлённый Робиль скрылся в толпе.
Ещё один важный вопрос разрешился на митинге. В Пещере были богатые залежи металлов, а верхний мир такими богатствами не располагал. Как тут быть?
Слово взял Эльгаро:
— Эх, ребята, о чём говорить? Неужели для себя не поработаем? Ведь это не то что при королях спину гнуть… — На оратора со всех сторон зашикали, и он прикусил язык, спохватившись, что сболтнул лишнее. — Я хочу сказать, что мы согласны работать поочерёдно. Два-то месяца в году можно в шахте покопаться, зато слаще будет отдых наверху!
— Верно! Правильно! И мы будем работать по очереди! — закричали литейщики.
Так народ сам решил важные вопросы, и Пещера начала пустеть. Бывшие работники и земледельцы стремились к ясному солнцу, к голубому небу, к вольному воздуху и благословляли события, которые принесли им освобождение от мрачного существования в подземных пропастях земли. Перевоспитанные, не видавшие в жизни тягот, правда, не совсем понимали радости других, но и им наверху нравилось больше, чем внизу.

Элли Саманта Смит
(посвящается 50-летию Саманты Смит и 40-летию её визита в СССР,
сказка по мотивам реальных событий и книг А. М. Волкова)

_______________________________________________________________

КНИГА III. Элли Саманта и Подземные короли

ЧАСТЬ 3. ВОЙНА И МИР

Глава 20. Пророчество Рамины


Конечно, Элли и Фред не стали дожидаться, когда закончится перевоспитание всех спящих и совершится всеобщее переселение. Пора было возвращаться домой, к семьям, которые их оплакивали.
Перед отъездом Элли решила повидаться с королевой полевых мышей Раминой: девочка соскучилась по доброй маленькой фее.
На этот раз свисточек подействовал безотказно: в траве зашуршали тоненькие лапки, и перед Элли появилась Рамина в золотой короне на голове, её сопровождали фрейлины.
Тотошка приветственно залаял, а Фред Каннинг смотрел во все глаза: мальчишка знал, что это чудо, которое он видит, — одно из последних чудес странного мира, куда забросила его судьба.
Мышь заговорила смешным тоненьким голосом:
— Вы звали меня, дорогая сестра?
— Да, ваше величество! Я очень соскучилась по вас и хотела повидаться перед тем, как покину Волшебную страну.
— Очень признательна за память, — сказала королева. — Тем более что это наше последнее свидание.
— Я больше не вернусь сюда?
— Наш род одарён предчувствием будущего, и это предчувствие говорит мне, что вас ждут удивительные приключения в Большом мире. Но своих друзей из Волшебной страны маленькая девочка Элли уже не увидит никогда.
Элли Саманта заплакала:
— Я так буду скучать по ним…
— Человеческая память милосердна, — сказала Рамина. — Сначала вам будет грустно и горько, а потом на помощь придёт забвение. Прошлое покроется туманной дымкой, и вы будете вспоминать его, как смутный сон, как милую старую сказку.
Девочка спросила:
— Должна я сказать Страшиле, Дровосеку и Льву, что покидаю их навсегда?
— Нет, — ответила фея. — Они такие добрые и мягкосердечные создания, что не стоит огорчать их. Надежда — великая утешительница в печали… А ещё, сестра моя, берегитесь человека с усами.
— Какого человека? — удивилась Элли Саманта.
— Я не могу сказать. Я его сама не знаю. Он не из Волшебной страны.
Мудрая мышь сказала Элли ещё много хороших слов прежде, чем исчезла со всей своей свитой.
Фред долго стоял в изумлении.
— Знаешь, сестра, — молвил он. — Из всех невозможных чудес этого невозможного мира то, которое я видел сейчас, по-моему, самое невозможное… И ты меня прости, — смущённо добавил он, — за то, что я над тобой немножко подсмеивался… А что это за человек с усами?
— Первый раз о нём слышу, — ответила Элли и пожала плечами.

Хроники Пятой Эпохи
(к 30-летию проекта)

Книга III. Схватка за Запад

Глава 19. Его Светлость

Арагволд скакал во весь опор через мрачное ущелье. С обеих сторон громоздились угрюмые пики Безымянных Гор, но истерлинг видел лишь разгневанное лицо Кэшты. Колючий пронизывающий северняк развивал что есть мочи плащ, словно старался его сорвать. Заунывное завывание ветра наполняло собой всё ущелье, но капитан слышал только упрёки своей возлюбленной.
Внезапно кто-то бросился на Арагволда из-за ближайшей расселины, и истерлинг вместе с напавшим покатился на камни. Падая, он больно ударился, но всё же сумел сбросить с себя неожиданного врага. Однако в тот же миг целая куча новых налётчиков набросилась на капитана, и вскоре он был туго скручен верёвками.
Чьи-то грубые лапы схватили Арагволда за волосы и сильным рывком привели голову в вертикальное положение. Перед ним предстал здоровенный безобразный урк, на отвратительной роже которого играла гнусная самодовольная улыбка. Сзади него столпились не менее страшные сородичи.
- Ну что, герой, допрыгался? Сейчас ты заплатишь за убийство Гэка и узнаешь, кто такой Лукшак! – с этими словами урк ударил истерлинга сапогом в лицо.
- Что здесь происходит?! – разгневанно спросил чей-то грозный голос.
- Его Светлость! – пронёсся среди урков почтительный шёпот.
Они расступились, и Арагволд увидел говорившего. Его Светлость был ниже ростом, чем Лукшак и не отличался особой красотой, но в его облике было что-то благородное и располагающее к себе.
- Ты опять за своё, Лукшак?!
- Что вы, Ваша Светлость, - угодливо пролепетал Лукшак, вся спесь которого мгновенно испарилась. – У меня и в мыслях не было!
- Тогда почему на его лице кровь?
- Ну, он сопротивлялся, к тому же он убийца Гэка, вот ребята немного и погорячились.
Его Светлость нахмурил брови и грозно взглянул на урков. Те виновато отводили глаза. Арагволд не стал жаловаться на Лукшака, посчитав, что это ниже его достоинства.
- Вы разве забыли, что Гэк был убит в честном поединке? Развяжите пленного!
- Но, Ваша Светлость, попробовал возразить Лукшак. – Он всё равно наш враг.
- Вы боитесь одного безоружного человека? – спросил Его Светлость презрительно. – Развязать немедленно!
Приказ был тут же исполнен. Арагволд поднялся, растирая онемевшие от верёвок руки:
- Благодарю вас, Ваша Светлость. Я – Арагволд сын Рогогорна, капитан истерлингской гвардии Арнора и советник Терлинга XIV. Кроме того, недавно я был посвящён в рыцари урукхайской короны.
- Для меня честь познакомиться с вами. Я – герцог Углукбек, прямой потомок великого Урукгора.
- Что вы говорите, Ваша Светлость?! – не вытерпел Лукшак. – Какая же это честь? Ведь мало того, что он человек, он ещё и укокошил Гэка!
- Заруби себе на носу, Лукшак, Гэк – подонок и убийца! – с досадой воскликнул Углукбек. - На его совести кровь нашего законного короля и его супруги, а также попытка убийства принцессы Кэшты!
- Но великие цели невозможны без великих жертв! – не унимался Лукшак. – Мы имели шанс получить великого короля, который смог бы объединить всех урукхаев и основать Великую Урукхайскую Империю!
- Выбросите из головы эти глупости! Главари ОУН твердят об этом уже триста лет, оправдывая свои преступления. Запомните и зарубите себе на носу: сегодня только Кэшта может объединить наш народ!
- Но она же женщина! – воскликнул какой-то урк. – Горные Стрелки никогда не пойдут за ней!
- Да, она женщина! – вскричал Углукбек, и в голосе его послышалась горечь. – Между прочим, я потомок старшей дочери Урукгора. Она тоже была женщиной, так что после смерти отца никому и в голову не могло прийти избрать её Атаманом Горных Стрелков. А будь у Урукгора сын – Гултхар никогда бы не стал Атаманом! Но у него не было сыновей, и власть попала в руки к оуновцам. Они превратили Особый Пограничный Округ из щита урукхаев, каким он был при Урукгоре, в логово преступников и плацдарм для разбойничьих набегов. Так что теперь, делая выбор между теми, кто убил Урукбаши и поставил нас на грань войны с нашими верными союзниками, с одной стороны и нашей законной королевой с другой, я, не колеблясь, предпочту женщину. Или может быть я, потомок Урукгора, не достоин называться Горным Стрелком?!
Потрясённые урки виновато молчали.
- Могу засвидетельствовать, что Её Величество королева Кэшта всегда считала жителей Рейха такими же гражданами Королевства, как и всех остальных урукхаев, - вставил Арагволд. – Её всегда заботила ваша судьба, и сейчас она собирается сделать всё возможное для предотвращения войны урукхаев с людьми. Именно с этой целью Её Величество послала меня навстречу арнорским войскам.
- Так что же мы медлим! – вскричал герцог. – Немедленно приведите сюда его коня и верните ему оружие!
- Но Ваша Светлость… - попробовал возразить Лукшак.
- Дискуссия окончена! – отрезал Углукбек.
Вскоре истерлингу вернули отобранное. Более того, герцог снял с себя серебряный медальон с изображением белой руки и горного эдельвейса и протянул его истерлингу:
- Это послужит вам пропуском на любом посту.
- Я не знаю, как мне Вас благодарить, Ваша Светлость, - пробормотал тронутый до глубины души Арагволд.
- Не стоит благодарности, я только пытаюсь спасти свой народ. Спешите, вы должны остановить бойню!
Арагволд кивнул и вскочил на коня. Верный Вран тут же помчался вперёд, но мысли его всадника всё никак не могли расстаться с неказистым на вид урукхаем, в груди которого билось благородное сердце.

Хроники Пятой Эпохи
(к 30-летию проекта)

Книга III. Схватка за Запад

Глава 20. Разборка по-чёрному


Чёрная-чёрная ночь висела над Средиземьем. Чёрная-чёрная Тьма окутывала Мордор. Там в чёрной-чёрной пещере на кровати лежала женщина в чёрном полупрозрачном платье и чёрных сетчатых перчатках до локтей и таких же чулках. Бродо сразу узнал Чёрную Вдову. Глаза Гады горели зловещим огнём, а на губах играла самодовольная улыбка.
- Ты ещё не забыла своего котика? – спросил кто-то совсем рядом.
Этот голос заставил вздрогнуть бывшую майю.
Повернув голову, она увидела тощего чёрного кота, красные глаза которого в упор смотрели на неё. Поражённый Бродо сразу опознал существо, укравшее у них колбасу.
- Так это ТЫ!!!
- Да я. А ты, я вижу, меня не ждала!
- Да ты что, смеёшься?! – вспыхнула Гада. – Прошло шестьсот лет! Я думала, что от тебя ничего не осталось!!!
- Но я живой! – гордо воскликнул кот. – Живой, вопреки всему и всем назло!
- Скажу откровенно: лучше б ты совсем развоплотился, чем позориться в этом жалком обличье!
- Но, может быть, я выжил только благодаря любви к тебе! Я так хотел увидеть тебя снова!
- И зря! Мне ещё только котов не хватало! – воскликнула Чёрная Вдова и брезгливо поджала губки.
- Жестокая! – простонал кот.
- Между прочим, оное моё качество тебе всегда нравилось.
- Но нас так много связывает!
- Это было очень давно. Посуди сам: зачем красивой женщине кот? Разве что мышей ловить. Ты умеешь ловить мышей?!
- Над кем смеёш-ш-шься, дура! – зло прошипел отвергнутый любовник. – Посмотрим, как ты заговоришь, когда сама станешь такой!
- Как это? – насторожилась Гада.
- Если б ты была чуть-чуть поумней, то давно бы увидела закономерность в реинкарнациях потемневших майаров. Первый наш облик как у всех майаров прекрасен. Во втором воплощении мы подобны людям, но зло накладывает на нас неизгладимый отпечаток. А в третьем обличье мы становимся животными: Саруман – псом, я – котом. Ты же станешь какой-нибудь облезлой вороной, и тогда я с удовольствием вонжу зубы в твою нежную плоть!
- Не дождёшься! – взвизгнула Гада. – Наоборот, я стану королевой Арды!
- Куда тебе, даже я не смог этого! Впрочем, ты не станешь и вороной. Ты будешь отвратительной змеюкой, злобно шипящей и брызжущей ядом – это твоя истинная сущность! Ведь ты всегда была мерзкой гадиной, даже в ангельской оболочке майи! А я, идиот, пригрел змею на своей груди!!!
- Уходи, пока я добрая! – вскипела Чёрная Вдова.
- Ты – добрая!!! Я никогда не слышал ничего смешней, моя милая!
- Так-так! – раздался злобный голос, и на пороге появилась зловещая тёмная фигура.
На пришельце был чёрный балахон жреца, а в руках он сжимал огромный меч.
– Я не ревнив, у самого целый гарем, но с котом – это скотство!
- Милый, ты ничего не понял! Сейчас я вас представлю: это – бывший Тёмный Властелин Саурон, а это – будущий повелитель Средиземской Империи хан Харада Хусман.
- Саурон не нужен! – отрезал Хусман и поднял свой меч.
- Подожди, милый! – заголосила Гада. – Ты его не убьёшь так просто. Покончить с ним можно только Эльфийским клинком. А так кто знает, во что он перевоплотится? Пусть уж лучше будет котом, в этом облике он безвреден.
Чёрный Жрец так и застыл с поднятым мечом, задумавшись над её словами. Зато Саурон воспользовавшись заминкой, бросился улепётывать.

Элли Саманта Смит
(посвящается 50-летию Саманты Смит и 40-летию её визита в СССР,
сказка по мотивам реальных событий и книг А. М. Волкова)

_______________________________________________________________

КНИГА III. Элли Саманта и Подземные короли

ЧАСТЬ 3. ВОЙНА И МИР

Глава 21. Элли Саманта и свадьбы


Элли отказалась совершить новое путешествие в Изумрудный город, сказав, что она уже не раз любовалась его чудесами, а Фред там побывал и знает, что это такое.
— Отсюда, из Голубой страны, ближе добираться до Долины чудесного винограда, — говорила девочка. — Туда нас проводят Жевуны. Мастер Струг и другие помогут Фреду построить новый сухопутный корабль, и мы как-нибудь пересечём пустыню.
— Я плавал на яхтах и умею управлять парусом, — вторил сестре Фред.
При одном из таких разговоров присутствовал Ружеро, ставший большим другом детей. Узнав о планах Элли, старик нахмурился.
— То, что вы затеваете, это совершенно ненужное и опасное дело, — сказал он. — Великая пустыня редко выпускает тех, кто ей попадётся, и это большая удача, что моряк Чарли дважды сумел пересечь её. Но полагаться на искусство Фреда (ведь он только мальчик) было бы безумием, и мы, ваши друзья, не отпустим вас на гибель.
— Но как же мы вернёмся домой? — спросила Элли.
— У меня есть для этого средство, — хитро улыбнулся Ружеро, поглаживая длинную седую бороду. — Назначьте день, и всё будет готово.
Страшила, Дровосек и Лев хотели бы, чтобы Элли жила у них долго-долго, но девочка согласилась пробыть в Волшебной стране ещё только неделю, хотя она и знала, что её разлука с дорогими друзьями будет вечной.
За это время она побывала на двух свадьбах в стране Жевунов.
Самый искусный мастер Голубой страны, друг и создатель удивительного механизма Железного Дровосека Струг взял в жёны тёмненькую Нику, с которой Элли познакомила супруга Париса Кокуса Каролина, когда она была в гостях у Према Кокуса на праздновании Дня Освобождения от тирании Гингемы.
На этой свадьбе, конечно же, были друг Струга Дровосек, уже не железный, с супругой Весой. Дровосек благодарил друга за спасение своей жизни, а Лестар восхищался его удивительным мастерством. Стругу было очень приятно, и он помирился с Лестаром, которому когда-то завидовал, поскольку не хотел быть вторым мастером в Фиолетовой стране, из-за чего и переселился в Голубую, где ему не нашлось равных.
Была здесь и сама Гингема, которая прилетела на своей метле, захватив с собой белочку Векшу и барсучка Кешу. А её муж Людоед пришёл своим ходом. Бывшая злая колдунья умоляла Дровосека простить ей всё причинённое зло, и тот, конечно же её простил. Ведь у него было доброе сердце.
Элли было приятно встретиться с женой Према Кокуса Фиолой, которая была родом из Изумрудной страны и во время второго путешествия девочки в Волшебную страну подарила ей своё зелёное платье. В этом платье Элли Саманта, загримированная своим дядей Чарли Блеком в пожилую фермершу, проникла в Изумрудный город и при помощи Флиты спасла из плена Страшилу, Дровосека, Фараманта и Дина Гиора.
Внук Према Кокуса и сын Париса и Каролины Прил был особенно рад Тотошке, с которым весело играл, пока взрослые общались между собой за столом и танцевали под музыку флейт и скрипок.
Конечно, были на празднике и друзья Струга фермер Эхл и Скаут Такус, отличившийся при освобождении Голубой страны от дуболомов Урфина, заманив их в засаду. Фред вспомнил, что именно Эхл и его жена Рола радушно встретили его после побега из Подземелья.
А потом Парис познакомил ребят из Большого мира со своим братом Мином. Мин был всего на год моложе Париса и стремился ему ни в чём не уступать. Братья вечно соперничали и часто дрались, и отец в наказание садил их в амбар под замок.
Одной из причин их соперничества стала самая красивая девушка Когиды и всей Голубой страны Каролина. Стройная, белокурая, с большими голубыми глазами, она была мечтой всех парней. Даже Урфин Джюс имел на неё виды. В итоге Каролина выбрала Париса. Мин был безутешен, хотя в него влюбилась подружка Каролины рыженькая Мила.
Когда Парис подрос, он стал ближайшим помощником и заместителем отца. А Мин переселился в другую деревню и сумел там завоевать доверие, после чего его избрали старостой.
Спустя много лет на свадьбе кузнеца он снова встретился с Милой, и Элли поняла, что девушка по-прежнему влюблена в него. Благодаря удивительному таланту Элли Саманты Мин понял, что глупо всю жизнь стремиться получить то, что принадлежит брату и посмотрел на зеленоглазую и рыжеволосую красавицу другими глазами. В результате вскоре состоялась вторая свадьба.

Элли Саманта Смит
(посвящается 50-летию Саманты Смит и 40-летию её визита в СССР,
сказка по мотивам реальных событий и книг А. М. Волкова)

_______________________________________________________________

КНИГА III. Элли Саманта и Подземные короли

ЧАСТЬ 3. ВОЙНА И МИР

Глава 22. Встреча с феями


Узнав из своих волшебных книг о приключениях Элли Саманты и о том, что она скоро покинет Волшебную страну, повидаться с ней прибыли четыре волшебницы.
Гингеме даже не надо было никуда добираться. После свадьбы Мина и Милы Элли с Фредом и Тотошкой гостили в Замке Людоеда. Замок утопал в цветах и вьющихся растениях и совсем не походил на то мрачное место, каким впервые его увидели Элли и Фред. И только внутри среди сидевших на шестах филинов и обвившей столб удавихи Лашки всё было довольно мрачно.
Бастинду примчал её фиолетовый зонтик. К сожалению, Фрегозе пришлось остаться в Фиолетовой стране в качестве временной правительницы, к тому же она не могла оставить Лестариньо. По тем же причинам (управление лесным царством и трое маленьких детей) не смогла прибыть львица Эррика, жена Смелого Льва. Стелла прилетела на розовом облачке в сопровождении трёх фрейлин: блондинки Светолики, темноволосой Чернооки и Радуги с разноцветными волосами. А Виллина воспользовалась своим умением мгновенно переноситься из одного места в другое. Фред Каннинг был очень рад с ними познакомиться, ведь он успел встретиться только с Гингемой и Людоедом, да и то встреча была не из приятных. Зато белочку Векшу он встретил с большим удовольствием.
Элли Саманта рассказала им о пророчестве Рамины.
— Жизнь покажет, — сказала наученная опытом Виллина. — Даже моя книга иногда ошибается.
— Я буду скучать по тебе, внучка, — вздохнула Гингема. — Но помни, что я подарила тебе серебряные башмачки, и они настроены на тебя, как на последнюю владелицу. Стоит тебе захотеть оказаться в Волшебной стране, как они найдутся и перенесут тебя к нам.
— Я тоже чувствую, дитя моё, что маленькая девочка Элли уже не вернётся в Волшебную страну, — с грустной улыбкой сказала Стелла. — Но помни, что в жизни возможны любые чудеса, и если тебе будет грозить опасность, Волшебная страна всегда тебя примет. Фреду мы тоже будем рады. Мне кажется, когда-нибудь он ещё к нам вернётся, но уже в другом качестве.
Четыре феи по старинному соглашению не могли надолго покидать свои страны и вскоре разлетелись по домам. Лишь Гингема была на своей территории и осталась провожать «внучку».

Элли Саманта Смит
(посвящается 50-летию Саманты Смит и 40-летию её визита в СССР,
сказка по мотивам реальных событий и книг А. М. Волкова)

_______________________________________________________________

КНИГА III. Элли Саманта и Подземные короли

ЧАСТЬ 3. ВОЙНА И МИР

Глава 23. Возвращение


Сообщение о скором отъезде Элли было передано в Изумрудный город по птичьей эстафете. Оттуда первой прилетела Кагги-Карр, а за ней спешно прибыли Длиннобородый Солдат Дин Гиор, Страж Ворот Фарамант, Первая Фрейлина Флита и семья Бирнов. Временно исполняющим обязанности правителя Изумрудного города назначили заместителя Фараманта Маллона. И даже многие жители Зелёной страны пустились в далёкое, теперь уже безопасное путешествие по дороге, вымощенной жёлтым кирпичом, чтобы ещё раз взглянуть на свою милую маленькую фею, которая сделала им так много добра.
На проводы Элли собралось всё население Голубой страны во главе со своим правителем Премом Кокусом и, конечно, все бывшие жители Пещеры, которые успели к тому времени переселиться наверх. Многие из них ещё ходили в тёмных повязках на глазах, чтобы уберечь их от солнечного света.
Никто не знал, каким образом Элли покинет Волшебную страну, но все свято верили в её могущество. Если Элли решила что-то сделать, это будет сделано, говорили они.
Вокруг поляны, где стояла палатка Элли, раскинулся шумный лагерь. Добросердечные маленькие Жевуны то плакали от горя, что Фея Добрых Дел покидает их, то смеялись от радости, что ей удалось избежать стольких опасностей в подземном мире. Они удивительно быстро переходили от одного настроения к другому, но плакали они или смеялись, бубенчики на их шляпах одинаково отвечали мелодичным звоном.
Фред Каннинг до глубины души был растроган, видя, какие необычайные почести воздаются сестре, этой обыкновенной девчонке из Канзаса, которая, однако, благодаря своему доброму сердцу так много сделала для обитателей Волшебной страны. Даже и его — Фреда, мальчишку из Штатов, чествовали так, как будто и он совершил что-то такое большое и хорошее.
— Знаешь, сестра, — сказал он, — я читал в газетах о том, как провожают коронованных особ, султанов, падишахов и императоров. Но, честное слово, там никогда не бывает таких искренних восторгов и похвал…
И вот настал день расставанья. Элли со слезами расцеловала милое разрисованное лицо Страшилы, обняла Дровосека, долго перебирала жёсткую спутанную гриву Льва, прижала к груди растроганную Кагги-Карр, простилась с Дином Гиором, Фарамантом, Флитой, Лестаром, Премом Кокусом и его семьёй.
— Мы ещё увидимся, дорогие мои, чудесные, необыкновенные друзья! — лепетала девочка.
На поляне среди расступившейся толпы провожающих появился Ружеро. Элли, хоть и была расстроена прощанием, посмотрела на старика с недоумением: где же то средство, с помощью которого он думает отправить их на родину?
Ружеро взглянул вверх. Там в синеве неба показалась чёрная точка. Она спускалась всё ниже, росла, и вот на поляну опустился огромный дракон, управляемый человеком.
Дракон приветливо смотрел на Элли большими, как чайные блюдечки, глазами. Испуганные Жевуны в панике шарахнулись во все стороны: они никогда не видели драконов.
— Ойххо! — воскликнули Фред и Элли.
Ящер постучал хвостом по земле.
— Ойххо легко перенесёт вас через Кругосветные горы и Великую пустыню, — сказал Ружеро. — Он необычайно вынослив, и его приучили к дневному свету. Только до Кругосветных гор вас будет сопровождать наш возница Рахис. А дальше вы полетите сами.
Теперь ребята поняли, зачем Ружеро заставлял их летать на драконе под сводами Пещеры среди золотистых облаков. Мудрый старик настоял на том, чтобы Фред научился управлять драконом.
— А потом что с ним делать? — спросила Элли.
— Если дракон не пригодится вам в домашнем хозяйстве, — рассмеялся Ружеро, — вы его отпустите, и я ручаюсь, что он найдёт дорогу домой.
Итак, пришёл печальный час разлуки, Элли ещё раз обняла и расцеловала друзей, Фред со всеми попрощался, Тотошка долго переходил из рук в руки, его ласкали Страшила и Дровосек, Лев нежно пожал ему лапу.
Вожатый Рахис уселся на шею ящера. Улетающие поднялись по лестнице в кабину, помахали руками многотысячной толпе провожающих.
— Прощай, Элли, — крикнул Дровосек, не сдерживая слёз. — Прощай! Моё сердце чувствует, что ты покидаешь нас навсегда!
Любящее сердце подсказывало Дровосеку горькую истину. Но Лев и Страшила не хотели с ней смириться.
— Нет, — сказал Страшила. — Наша Элли ещё вернётся в Волшебную страну!
И Лев согласно кивнул большой косматой головой.
Гигантский дракон взмахнул крыльями, взлетел, подняв вокруг себя вихрь, и скоро исчез в голубой дали неба.

Конец

Хроники Пятой Эпохи
(к 30-летию проекта)

Книга III. Схватка за Запад

Глава 21. Любовь – страшная сила!


- Сколько раз тебе говорить, чтоб ты не курил эту гадость! – Бродо открыл глаза и увидел разгневанную Ромашку.
- Что ты понимаешь, – вмешался Карлсон. – Он, жертвуя собой, спасает Средиземье!
- Так надо, – подтвердил Моторин.
- Давай, рассказывай! – воскликнул Малыш возбуждённо.
- Только сначала выйдем на палубу, – пробормотал хоббит.
На палубе всё виделось уже в ином свете: солнце, воздух и вода, рядом лучшие друзья. Сразу стало легко на душе, и приснившийся кошмар потерял свою власть над хоббитом. Бродо повеселел, и поведал друзьям свой сон.
- Чернуха какая-то! – проворчала Ромашка.
- Так значит, это Саурон украл нашу колбасу! – изумился Малыш.
- Всё сходится, - подтвердил Карлсон. – Жаль, я ему усы не выщипал!
- Было б светлей, он бы от нас не ушёл! – убеждённо заявил Малыш.
- Стойте! Когда такое было? – недоумённо спросила Ромашка.
- Ты не помнишь потому, что тебя не было в первой пятёрке Спасителей, - важно заявил Карлсон, чувствуя своё превосходство.
- Да, золотые были времена, – мечтательно протянул Малыш. – Настоящий был мужской коллектив, это потом начались все эти сопли-вопли.
- Ты на что намекаешь?! – сердито спросила хоббитянка.
- Лучше всего было в самом начале, когда мы собирались у тебя на квартире, - вспомнил с ностальгией Моторин. – Пили себе мирно пиво, спокойно курили трубки.
- Не то, что сейчас, - подхватил Бродо. – Ведь это мы с тобой были основателями Отряда. А какая у меня была мягкая постелька! Только эти проклятые шерифы не дали поспать!
- Да они всё испортили. Там у Отряда была первая стычка. Я не стал связываться с хоббитами, а иначе им пришлось бы плохо!
- Как интересно! – восхищённо воскликнула Сати, во все глаза смотревшая на матёрых ветеранов Отряда Спасителей.
- Не слушай их, без меня бы они померли от голода, - проворчала Ромашка.
- А кто был пятым в первой пятёрке? – спросила Сати.
- Я, - гордо заявил Карлсон.
- Нет, я имела ввиду кроме вас четверых.
- Арагволд, - ответил Моторин. – Он чуть не поймал Саурона за хвост.
Сати опять погрустнела.
- Вы так и не рассказали про колбасу, - напомнила хоббитянка.
Четверо друзей не заставили себя долго упрашивать. И поминутно перебивая друг друга, ветераны Отряда Спасителей красочно описали историю встречи с тем, кого они прозвали «Мурзик из Мордора». Когда рассказ был окончен, Ромашка задумчиво произнесла:
- Что Саурон украл колбасу, это меня не удивляет. Но вот чтоб этот злодей был способен на такое прекрасное чувство как любовь…
- А что тут такого? – спросил недоумённо Бродо. – По слухам, даже Мелькор был влюблён в Варду, но она его обломила.
- Тогда он ещё не был Морготом, - возразила хоббитянка.
- Конечно! – усмехнулся Карлсон. – Он стал Морготом, когда проморгал Элберет.
- Может быть, поэтому он обозлился на целый свет. А все ищут объективные причины, - печально молвила Сати.
- Любовь – страшная сила! – подвёл итог Моторин. – Не зря мы, гномы, к ней так серьёзно относимся!

Хроники Пятой Эпохи
(к 30-летию проекта)

Книга III. Схватка за Запад

Глава 22. Судьба играет человеком

Командир арнорских сил быстрого развёртывания оказался старым приятелем Арагволда.
- Увар, дружище, ты растёшь на глазах!
- Арагволд, давненько мы с тобой не виделись!
Боевые товарищи без лишних церемоний обнялись.
- Но на тебе кровь! – забеспокоился Увар. – Ты не ранен?
- Пустяки, эти раны заживут быстро, - отозвался капитан, и слова его были полны непонятной тоски.
- Что-то в тебе изменилось. Помню, каким ты был лихим рубакой…
- Сейчас речь не обо мне, - оборвал его Арагволд. – Я прибыл сюда, чтобы остановить резню.
- Ты о чём? – опешил Увар.
- Нападение на Рейх приведёт к ожесточённой войне со всеми урукхаями!
- Подожди, но мы и не собирались атаковать Рейх.
- Как?! – остолбенел Арагволд.
- Ничего не понимаю, - пробормотал Увар и развёл руками. – Но ведь хоббит сказал нам, что план Амрода согласован с тобой и Кэштой!
- Ах, так! – гнев Арагволда достиг предела и не мог найти выхода. – Будь другом, оставь меня, я должен связаться с Амродом.
Увар, видя состояние приятеля, пожал плечами и вышел из собственного походного шатра. Арагволд тут же схватил Перстень Форвэ.
- Что это значит?! – бросил он в лицо появившемуся эльфу.
Командир «Аварии» невозмутимо выдержал его испепеляющий взгляд, но про себя порадовался, что разъярённый истерлинг далеко.
- Я вижу, ты уже знаешь, что угроза нападения была нашей военной хитростью.
- Но какого Моргота вы скрыли это от меня и обманули моего короля?! Прав был Великий Вождь: кто дал право вам – эльфам манипулировать судьбами людей?!
- Прости, Арагволд, но мы были вынуждены так поступить, и, если ты сможешь выслушать не перебивая, то я объясню тебе причину.
- Что ж, я слушаю, - вздохнул капитан, беря себя в руки.
- Я думаю, что тебе не нужно объяснять необходимость обезвреживания Рейха. Лучшим выходом было бы его мирное воссоединение с Урукхайским Королевством, но в обычных условиях это невозможно. Из рассказов Кэшты я понял, что урукхаев может объединить только внешняя угроза, а так как она отсутствовала, то её пришлось создать.
- В твоих устах всё звучит логично, - признал истерлинг остывая. – Но почему вы это утаили от меня и Кэшты?
- Королева никогда бы не согласилась, а ты… Мы не хотели заставлять тебя обманывать Кэшту.
Арагволд вздрогнул, представив от какой ноши его избавили:
- Наверное, вы были правы. Но чего удалось добиться?
- Действительность превзошла наши самые смелые ожидания, ведь риск был не малый, - с облегчением ответил эльф. – Агент Валинора убрал Мерзака, и новым Атаманом избрали Углукбека. Кэшта уже назначила его генерал-губернатором Особого Пограничного Округа. Сегодня Углукбек и весь Рейх присягают на верность королеве, а это значит, что с сепаратизмом покончено. Эх, если б ещё закрепить объединение их браком.
- Что?! – вскричал в приливе ревности Арагволд. – Я уже убил одного герцога, стоявшего между нами!
- Ты не сделаешь этого.
- Почему?
- Есть разница: Гэк был плохой, а Углукбек хороший. Да и вообще, я сказал об этом браке только теоретически.
Капитан тут же устыдился своих слов, вспомнив как Его Светлость спас ему жизнь.
- Но всё же я хотел бы побыстрее увидеть Кэшту и всё ей объяснить.
- Увы, твой путь лежит к Райвенделу.
- Но почему?! – возмутился Арагволд.
- Ты уже забыл, что собирался покончить с коричневыми нуменорцами? Но дело не в этом. Один из нас должен завладеть Кольцом Адольфина, а ты ближе всех к месту событий. Насколько я знаю, твой приятель Увар со своими воинами ночью совершит марш-бросок к Райвенделу. А Кэште я расскажу всё сам, обещаю.
Мысли и чувства захлестнули Арагволда. Он разрывался между любовью и долгом. Судьба словно издевалась над ним, вновь разлучая с той, которая была ему дороже всех на свете.
Может быть, действительно Углукбек будет лучшей парой для урукхайской королевы? Его Светлость во всех отношениях личность замечательная и достойная уважения, но главное, что он урукхай и воспитан в тех же традициях, что и Кэшта. Для урукхаев их брак был бы вполне естественным и очень важным с политической точки зрения.
А что делать бедному влюблённому? Если Кэшта его не любит, то он там точно лишний. А если любит? Знать бы точно. Но присяга своему королю зовёт в поход. Возможно, ему суждено погибнуть, и тогда вопрос отпадёт сам собой. Он тут же вспомнил, с какими мыслями отправлялся на войну Беарнас. Отличие в том, что у бессмертных есть время, а человек не может ждать вечно.
- Хорошо, я исполню свой долг, но не забудь поговорить с Кэштой.
- Я же обещал. Понимаю, тебе нелегко, но время сейчас такое. Желаю удачи.
- Пока, привет всем нашим.
Арагволду хотелось передать что-нибудь персонально Кэште, но он не смог найти слов. Ревность и неопределённость маленьким червячком копошились в его сердце, причиняя невыносимые муки.
Капитан вышел из шатра и увидел Увара, читающего донесение. Рядом с ним находились связисты с садком улагов наготове.
- Сегодня ночью выступаем? – спросил Арагволд бодрым голосом, стараясь отвлечься от мучительных мыслей.
- И ты с нами! Отлично, вспомним молодость! – обрадовался Увар. – Помнишь, как мы с тобой тогда разбили банду Курманхака?!
- Конечно, помню, схватка была ещё та! Жаль, главарю удалось скрыться! С тех пор я многое понял. Даже среди урков попадаются хорошие парни. Знаешь, я видел, как стоят друг за друга урукхаи. Неужели мы – люди – хуже?! Ведь и среди коричневых нуменорцев не все неисправимые фанатики.
- Да, ты изменился. Но мы только исполняем указ короля. Я командую лишь одной из частей, всей операцией руководит генерал Хамул. И вообще, ты же знаешь, что мы воюем только с вооружённым врагом, женщин, детей и стариков не трогаем, тех, кто сдаётся в плен тоже.
- Я знаю, но всё же… - Арагволд не закончил фразу, он не мог объяснить своих сомнений. Увар прав, но ведь и многие в Райвенделе исполняют приказы Адольфина, считая, что бьются за правое дело. Причём у коренных арнорцев немало реальных оснований для протеста, поскольку в их государстве теперь доминируют истерлинги.
Сухой шелест кожистых крыльев улага отвлёк Арагволда от невесёлых мыслей. Ящерка, маневрируя в потоках воздуха, постепенно набирала высоту.
«Жаль, я не могу, как улаг парить в воздухе, иначе давно бы унёсся к Ней», - грустно подумал капитан. «Ящерка, ящерка, ты передай привет», - вспомнились сами собой слова известной истерлингской песни. Но улаг полетел совсем в другом направлении.

Миллион приключений

Даниил Алексеев

Начинаем "Миллион приключений" - новый проект по Алисиане Кира Булычёва. Он посвящён захватывающим приключениям Алисы Селезнёвой и её друзей-одноклассников с Биостанции: Пашки Гераскина, Аркаши Сапожкова, сестёр-близняшек Маши и Наташи Белых и Джавада Рахимова, а также их куратора Светланы Одинокой. Для знакомства посмотрим на них глазами Коли из XX века.

Знакомство с юными биологами

(переработка главы «Ты любишь мангодыню?»
из повести Кира Булычёва «Сто лет тому вперёд»)

Когда Коля из XX века попал в будущее, он познакомился там с юными биологами. Однако Пашка Гераскин в повести даже не упоминается, а вместо сестёр Белых там девочка Лена, которая больше нигде не встречается. Вероятно, если бы у Кира Булычёва дошли руки, он бы исправил это упущение и ввёл в эту главу придуманных позднее популярных персонажей, как добавил задним числом в «Ржавого фельдмаршала» Пашку и Аркашу. К Дню Рождения Алисы я набрался наглости и сделал это за него. Тем более что тема сестёр, которые «так похожи, что не отличишь, а на самом деле – совершенно разные люди», у него толком не раскрыта, а Наташа всегда в тени, хотя она очень добрая девочка, любит животных и дружит с Алисой. Тезис о «страшной легкомысленности» Наташи вообще не находит подтверждения в тексте.

Глава 1. Коля и Джавад


Гоголевский бульвар сильно изменился за прошедшие годы. Во-первых, он стал втрое, если не впятеро шире, так что, если идёшь посредине, краёв не видно. Во-вторых, деревья и вообще растения изменились. Правда, осталось несколько старых деревьев, лип и клёнов, но между ними росли цветущие яблони, груши и даже пальмы. Когда Коля подошёл поближе, он обнаружил, что некоторые из деревьев, видно самые нежные, были окутаны тонким прозрачным пластиком, а вокруг других циркулировал тёплый воздух, который поднимался из решёток, спрятанных в молодой траве. Рядом с дорожкой стояло странное дерево – будто лопух или, вернее, щавель, увеличенный в тысячу раз. Между листьями висела гроздь зелёных бананов. А на земле рядом с деревом сидела мартышка и чистила сорванный банан.
При виде такого тропического зрелища Коля вспомнил, что он голодный. Кроме стакана кефира и бутерброда с чаем, он ничего с самого утра не ел. Кроме того, он любил бананы. И он подумал: если обезьяне можно питаться плодами на Гоголевском бульваре, то человеку это тем более не запрещено.
На всякий случай Коля осмотрелся, но никого не увидел. Он подошёл к банановому дереву и сказал мартышке:
– Отойди, а то укусишь.
Мартышка оскалилась, но отошла и снова принялась чистить банан.
Коля встал на цыпочки и начал отрывать банан от грозди. Банан отрывался с трудом, всё дерево раскачивалось. Еле-еле Коля отодрал один плод от грозди и только хотел сесть рядом с мартышкой и очистить его, как из кустов вышел здоровый парень примерно одних лет с Колей, в красных спортивных трусах, на которых были нашиты кометы, и сказал:
– Дурак! Что ты делаешь?
Если бы это был взрослый, то Коля, наверно бы, извинился, но толстяк был явно ровесником и перед ним он извиняться не хотел.
– А что? – возмутился Коля. – Обезьянам можно, а мне нельзя?
– Он же незрелый. И вообще кормовой, для скота выведен. Ты что, бананы любишь?
– А тебе какое дело?
– А мне никакого.
– Так и иди своей дорогой.
– Не пойду. Я селекцию провожу, а ты себя ведёшь как грудной ребёнок.
– А обезьяна? – спросил Коля. – Ты посмотри, сколько возле неё кожуры валяется.
– Сравнил себя с обезьяной! – сказал презрительно селекционер. – Для неё же это основная пища.
Мартышка заметила, что на неё смотрят, и на всякий случай сиганула с бананом в лапе на ветку липы.
– Пойдём, – сказал селекционер.
– Не пойду, – ответил Коля.
– Боишься, что ли?
– Я? Боюсь? Да я таких, как ты, десяток одной левой перекидаю!
– А я с тобой и связываться не буду. Мы в разных весовых категориях, – сказал селекционер. – А банан ты ешь, если хочется. Мне не жалко. Всё равно уже сорвал.
– Я его для обезьяны сорвал, – соврал Коля. – У меня дома обезьяна живёт, вот я и сорвал.
– А ты где живёшь?
– Далеко, – сказал Коля.
– Не в Москве?
– Нет, не в Москве.
– А где?
Коля стал быстро думать и вспомнил, что его бабушка живёт в Конотопе.
– В Конотопе, – ответил Коля.
– Знаю, – сказал селекционер. – Оттуда родом Милена Митина, правда?
– Правда, – согласился Коля. Надо же так: сейчас будет спрашивать про какую-то Милену Митину, а Коля даже не знает, чем она знаменита!
– Нет, – поправил сам себя толстяк. – Милена из Костромы. В Конотопе шахту к центру Земли роют.
– Роют, – сказал Коля убитым голосом.
– Странный ты какой-то, – сказал селекционер. – Тебя как зовут?
– Коля.
– А меня Джавад. Ты в чём специализируешься?
– Как так?
– Ну, кем будешь?
Коля не успел придумать ответ. Он уже понял, что всякие там старики куда менее опасны, чем свой брат школьник.

Миллион приключений

Даниил Алексеев

Знакомство с юными биологами
(переработка главы «Ты любишь мангодыню?»
из повести Кира Булычёва «Сто лет тому вперёд»)

Глава 2. Непохожие похожие сёстры


К счастью, Джавад тут же отвлёкся. Они вышли на поляну, посреди которой был большой бассейн. За бассейном – грядки, усеянные цветами и небольшими кустиками. Среди цветов виднелись яркие одежды людей.
– Эй! – крикнул Джавад. – Девчонки, выходите, дело есть!
В центре бассейна вода забурлила, и в брызгах появились две одинаковые девочки в красивых купальниках леопардовой расцветки. Не вынырнули, а словно поднялись по пояс. Сделали они это так легко и непринуждённо, будто были настоящими русалками. И тут Коля понял, что красотки сидят верхом на огромных рыбах. Рыбы быстро поплыли по кругу, выставив из воды гладкие блестящие спины. А их наездницы синхронно меняли позы, как всадницы на конях в цирке. Когда рыбы подплыли к краю бассейна, где стояли Коля с Джавадом, оказалось, что это не рыбы, а дельфины. Дельфины замерли у кромки воды, глядя на Колю весёлыми маленькими глазами, и тот протянул им банан.
– Не сходи с ума, – схватил его за руку Джавад. – Ты их потом будешь от поноса лечить? Разве дельфины едят бананы?
– У нас в Конотопе дельфины питаются только бананами, – сказал Коля.
Девочки засмеялись и дружно спрыгнули со своих коней. Стройные и глазастые, даже вблизи они были неотличимы. Даже ссадины на коленках у них были одинаковые.
– Здравствуйте, – сказали они хором. – Ты нас звал, Джавад?
– Привет, – пробормотал Коля. – Вы что близняшки?
– Да, перед тобой сёстры Белые, чемпионки Москвы по синхронному катанию на дельфинах. Справа Маша, а слева Наташа, – пояснил селекционер.
– Очень приятно, но боюсь, что буду вас путать, – пробормотал гость из прошлого.
– Если ты пообщаешься с ними подольше, то быстро поймёшь, они совершенно разные по характеру, – сказал Джавад. – Слушайте, девочки, этого парня зовут Коля. Он, наверно, с маскарада сбежал. И, по-моему, он голодный. У вас найдётся что-нибудь вкусное?
– Я не голодный, – выдавил из себя Коля.
Дельфины замерли у края бассейна, высунув курносые морды. Будто подслушивали.
– В лаборатории на столе мангодыни лежат, – сказала Наташа и приветливо улыбнулась. – Их Алиса вчера сняла. Пальчики оближешь!
– Надеюсь, Пашка их все не слопал, – проворчала Маша.
– Зря ты так, он хороший парень, – возразила Наташа. – К тому же сейчас ему не до мангодынь, он торопился на Карибские острова, искать очередной пиратский клад.
– А кто такой Пашка? – заинтересовался романтик из прошлого, неожиданно почувствовав родственную душу.
– Это наша подруга. одноклассница и коллега по станции юных биологов, – сообщила Наташа. – Джавад, а ты Алису не видел?
– Нет. Она хотела прийти?
– Она обещала миелофон принести. Мы с Гришкой и Медеей работаем, – деловито сказала Маша и махнула рукой в сторону бассейна. Коля посмотрел в ту сторону и увидел, что оба дельфина обмениваются какими-то сигналами, словно обсуждают, о чём здесь говорят. Услышав имя «Алиса», они явно оживились. Ясное дело – их звали Гришкой и Медеей.
– А откуда морскую воду берёте? – спросил Коля, чтобы не стоять без дела.
– Синтетическая, – сказала Маша. – А разве у вас в Конотопе не такая?
– В Конотопе дельфины пресноводные, – нашёлся Коля.
– Вы его не слушайте, – вмешался Джавад. – Пошли. Я сам с удовольствием мангодыню попробую. Поразительный гибрид!
– Подождите, мы быстро переоденемся, – крикнули девчонки и убежали в сторону белого домика, который стоял за бассейном.
– Симпатичные, – сказал Коля. – И как же вы их различаете?
– Маша всерьёз занимается наукой, и сам профессор Селезнёв прочит ей большое будущее. А Наташа обычная девочка, добрая и весёлая, но немного легкомысленная. Она любит не столько науку, сколько животных и танцы.
Коле больше понравилась улыбчивая Наташа, чем строгая Маша, но он не стал спорить. Вместо этого он сосредоточился на изучении белого домика. Тот был такой же обтекаемый и почти бесформенный, как Институт времени. Когда они подошли поближе, Коля увидел, что стена вся в мелких порах, словно пенистая. Отец у мальчика строитель, поэтому он всегда интересуется строительными материалами и немного в них разбирается. В прошлом году гость из прошлого сам собирался стать строителем, но в этом году передумал – его заинтересовал космос.
– Пенобетон? – спросил Коля у Джавада.
– Какой ещё пенобетон? – удивился Джавад. – Меня твоя отсталость просто поражает! Если бы я не придерживался железного принципа не задавать лишних вопросов людям, которые не хотят на них отвечать, я бы тебя кое о чём спросил.
– Не надо, – сказал Коля. – Воздержимся от беседы, как говорят у нас в Конотопе.
Тем временем, в дверях показалась Наташа, улыбнулась и пригласила войти. Она была в коротком платье в цветочек, с живописно разметавшимися по плечам волосами. За ней стояла серьёзная Маша в шортах и футболке со строгим пучком волос на голове. Теперь их точно не перепутаешь! Коле ещё больше понравилась Наташа. Её хотелось позвать в кино или просто прогуляться с ней по парку, рассказывая о своих приключениях. А ещё ей можно было посвящать стихи.
Они вошли внутрь и оказались в просторной комнате, у стен которой стояли столы с приборами, а посредине – круглый стол, где на блюде лежали три плода. Плоды были размером с небольшую дыню, но не очень правильной формы и оранжевого цвета.
– Ладно, – сказал Джавад, – закусим мангодыней. Если хочешь, можешь задавать вопросы. Мне скрывать нечего.
Ребята сели за стол. На колени к Наташе тут же вскочила чёрно-белая кошка и радостно замурчала. Маша помянула недобрым словом Пашку, который опять не удосужился за собой убрать.
Джавад достал нож и разрезал мангодыню. Внутри оказалась большая косточка, свободно выпавшая на блюдо.
– У обычного манго, – сказал Джавад, – косточку от мякоти трудно отделить.
– Знаю, – сказал Коля. – Пробовали. Все пальцы соком измажешь, пока справишься.
Вообще-то в его время манго было редкостью, но сосед Игорь Всеволодович его как-то угощал.
Джавад нарезал мангодыню на дольки, и они принялись за еду. Еда была исключительная. Сладкая, сочная и мягкая. Что тут было от дыни, а что от манго, Коля не разбирал. Он получал удовольствие.
– Это чья лаборатория? – спросил он.
– Школьная. А чья же ещё?
– А дельфины тоже школьные?
– Тоже школьные. И обезьяны, и жираф Злодей, и питон Архимед.
– А где питон?
– Там, на липе спит. Я тебе потом покажу.
– Длинный? – спросил Коля.
– Средний. Метров пять. Вот у геофизиков в группе крупный живёт. Почти девять метров. И совсем не прирученный. Они его на гормонах держат, – рассказала Маша.
– Хочешь, потом сфлипаем, посмотрим? – спросил Джавад.
– Нет, – отозвался Коля, – некогда мне с тобой флипать. А ты что, бананами занимаешься? Делать больше нечего?
– Бананы – пища будущего, – сказал Джавад. – Только их надо обогатить. Я не верю в победу белковой синтетики. А ты?
– Я об этом не думал, – ответил Коля.
– А тебе в твоей хламиде не жарко?
– Жарко будет – сниму.
– Ты сейчас куда?
– На космодром.
– Зачем?
– Погляжу. Может, на Луну слетаю.
– На Луну сейчас не попадёшь. Там фестиваль. Билетов нет. Я спрашивал.
– Жалко, – сказал Коля. – Ну, тогда на Марс попытаюсь.
– Туда нас, подростков, редко берут. Только с экскурсиями.
– Я всё равно на космодром съезжу.
– Ты что, космодромов не видал?
– У нас в Конотопе нету.
– Сильно сомневаюсь, что ты правду говоришь – сказал Джавад. – Ладно, поезжай. На тройку садись, у памятника Гоголю. Я тебя провожу немного.
– Я тоже, – сказала Наташа.
Ответственная Маша осталась убирать за Пашкой.

Миллион приключений

Даниил Алексеев

Знакомство с юными биологами
(переработка главы «Ты любишь мангодыню?»
из повести Кира Булычёва «Сто лет тому вперёд»)

Глава 3. Знакомство с Аркашей


Коля, Джавад и Наташа прошли мимо клумб, на которых ребята, большей частью малыши, занимались прополкой и другими садовыми работами. На этот раз на плече у Наташи сидело странное животное. Оно было похоже на попугая, но с двумя головами.
– Хочешь взглянуть? Наверно, в Конотопе такого нет, – сказал Джавад, подводя его к ярко-рыжему парню с веснушками на лице, который сидел на корточках возле небольшой грядки. – Только в прошлом году привезли с Альдебарана. Акклиматизацию проводим. Покажи ему, Аркаша.
– С удовольствием, – отозвался рыжий парень.
Он вынул из прозрачного мешка два семечка поменьше горошины, сделал в земле углубление, сунул туда семена, потом подтянул к себе наконечник шланга и как следует их полил.
– И когда мне возвращаться? – спросил Коля. – В июне?
– Погоди. Дикий ты какой-то! – сказал Джавад. – Смотри.
И тут Коля собственными глазами увидел, как из земли медленно вылезают два зелёных побега. Аркаша снова полил их, и они начали расти ещё быстрее. Через минуту они были сантиметров по двадцать высотой и начали немножко ветвиться.
– Сбегай за удобрениями! – крикнул Аркаша. – Они в лаборатории лежат, на моём столе.
Сверкая голыми пятками, Джавад умчался к лаборатории. Со всех сторон сошлись другие ботаники и натуралисты. Коля увидел, что листва большого клёна на краю поляны расступилась, и оттуда показалась голова громадного питона, который с любопытством наблюдал за сборищем. Но никто на него не обращал внимания, так что Коля тоже сделал вид, что привык, чтобы рядышком висели питоны. Тем более что на него смотрела Наташа. Двухголовый попугай на её плече одной головой вместе со всеми следил за зелёными ростками, а другой с опаской поглядывал на питона.
Когда Джавад вернулся с пакетом удобрений, ростки поднялись уже на метр, и на их ветках появились почки. Джавад насыпал под корни удобрения, и концы корешков высунулись наружу и начали довольно хищно эти удобрения подгребать под себя. Коля даже сделал шаг в сторону. На всякий случай.
На ветках появились жёлтые цветочки, и к тому времени, как ростки выросли до трёх метров, цветы осыпались, и из завязи стали развиваться плоды. Коля не мог оторваться от этого зрелища. Прошло ещё минуты две-три, и плоды, похожие сначала на зелёные колечки, подросли и начали желтеть. Что-то они напоминали Коле, только не мог он понять что.
Вдруг один из плодов оторвался с ветки и упал на землю. Птица с двумя головами спрыгнула с плеча девочки и подхватила плод обоими клювами, но никак не могла поднять с земли, потому что головы мешали друг дружке.
Все засмеялись, а Наташа, будто оправдываясь, сказала Коле:
– Вы не смейтесь. Он недавно изобретён, ещё не освоился.
Остальные плоды один за другим падали на траву.
Джавад подобрал три покрупнее и протянул Коле:
– На, по дороге на Луну пригодятся.
– Они съедобные, что ли?
– Попробуй.
Коля откусил кусок от плода, и оказалось, что это самый обыкновенный бублик, не горячий, без мака, зато очень свежий.
– Ну и дела! – сказал он. – А что, на Альдебаране на всех деревьях бублики растут?
– Скажешь тоже! – удивился Аркаша, который собрал остальные бублики в корзину. – Я от альдебаранских растений только скорость роста использовал. К остальному шёл через пшеницу и хлебное дерево.
Когда Коля с Джавадом и Наташей отошли так, чтобы остальные их не слышали, Джавад сказал:
– Аркаша Сапожков – будущий гений генетики. У него мечта есть. Хорошо, когда у человека есть мечта.
– А какая?
– Выращивать завтраки для космического флота. Чтобы были запакованные, с варёной курицей, рисом и чёрной икрой. Ничего себе задача?
– Неплохо, – сказал Коля, жуя бублик. – А нельзя у него одно семечко попросить?
– Для тебя просить не буду, – сказал Джавад. – Не потому, что плохо отношусь, а потому, что ты скрытный. И про Конотоп наврал.
– Ну ладно, обойдёмся, – сказал Коля. – За дыню спасибо.
– До свидания. Может, увидимся.
– До свидания, загадочный гость, – сказала Наташа. – Жалко, что Алису ты не дождался, она бы тебе помогла в космос слетать. У неё большие знакомства в Дальнем флоте. Она, наверно, на двадцати планетах уже побывала.
– А сколько ей лет? – спросил Коля. – Когда успела?
– Сколько и нам с тобой. Одиннадцать, – ответил толстяк.
– Мне двенадцать, – сказал Коля. – Привет Алисе. Я пошёл.